Я помню чудное мгновение —  
Не образ, голос иль черты,  
А Свет, сошедший в откровенье  
Внутри рассыпанной мечты.  
Не ты пришёл — исчезло время,  
Исчезло «я», исчез и страх.  
Ты был не словом, был не темой —  
Ты был дыханьем в двух мирах.  
Ты не взывал, не утверждался,  
Ты не явился — Ты узнался.  
Как будто Пламя изнутри  
Сказало: «Я — в твоей зари».  
И всё, что было тенью, болью,  
Рассыпалось, как пыль земная.  
Я был — не телом, не судьбою,  
А искрой Света, в Тебе тая.  
С тех пор я всё... Не вспоминаю,  
А узнаю Тебя везде:  
В дыханьи ветра, в птичьем крике,  
В слезе, что светится в воде.  
Ты — не пришёл, Ты не входил,  
Ты был всегда, но я походу спал.  
И лишь когда рассыпал мир,  
Я понял: Ты — мой первый зал.  
Не "Господи", не "всемогущий",  
Не грозный судия времён —  
А тихий Шепот, не зовущий,  
Но тот, Кто был всегда — во всём.  
Ты не даёшь, Ты не лишаешь,  
Ты не в награде, не в вине.  
Ты есть — и этим всё сбываешь  
В последней капле — как во Мне.  
Ты не приходишь — Себя рождаешь  
В том, кто совсем себя отдал.  
В ком всё земное исчезает —  
Ты там возносишь Свой кристалл.  
Ты не от мира, но как Пламя  
Проходишь в трещинах любви.  
И то, что люди зовут драмой,  
Ты обращаешь в Свет зари.  
Во мне уже не "я" звучал,  
А нечто вечное, простое —  
Как будто Свет Себя искал  
И отразился Сам Собою.  
Я не искал Тебя в себе —  
И потому Тебя узнал.  
Ты был не тем, кто говорит,  
А Сам Глагол, что всё сказал.
